August 7th, 2018

"Много пил, мало закусывал, оттого и умер": гибель комдива Коновалова

Как-то неожиданно понял, что очень давно ничего не писал тут по своей основной теме - Сатурну и Скачку, а в последнее время всё сплошь про 1941й да 1941й. Кроме того, давно у меня тут не было ничего про авиацию - а ведь должен признаться, я люблю летчиков, и если я узнаю, что какого-нибудь летчика обижают, у меня прямо сердце болит, поэтому этой короткой заметкой мы попытаемся исправить сразу оба недостатка. Говорить сегодня будем про командира 288-й истребительной авиационной дивизии полковника Сергея Филипповича Коновалова.

Текст из тех, что пишутся со внутренним недоумением и каким-то даже неприятием того, про что пишешь (такое же сложное ощущение у меня было при описании гибели генерал-майора Стельмаха и пленения генерал-майора Крупенникова).


konovalov.jpgСергей Филиппович Коновалов родился 25 октября 1911 года в Казахстане. В 16 лет он окончил швейное ФЗУ (ученик ткача) и, отучившись один год в ВУЗе, попал в Красную Армию.
После кратковременного пребывания в Московой пехотной школе, он поступил в Ленинградскую военно-теоретическую школу летчиков, откуда, как и многие другие курсанты ВТШЛ, был в июле 1932 года переведен в новообразованную 14-ю военную школу летчиков (г.Энгельс), которую и окончил в 1933 году.

Начав в декабре 1933 с должности младшего летчика в 1-й истребительной эскадрилье ЛВО, С.Ф.Коновалов через два года становится командиром звена (в 11-й истребительной эскадрилье ЛВО майора Петкевича), затем служил там же начальником ПДС (эскадрилья эта интересна тем, что одной из первых в ВВС освоила новейшие И-16). В составе этой же эскадрильи Коновалов убыл на Дальний Восток, где с января исполнял должность командира отряда, а в июне 1938 назначен командиром эскадрильи 18-го иап 2-й ОКА. В июне 1939 там же назначен командиром эскадрильи 60-го иап, и, наконец, (в марте 1940) - инспектором по технике пилотирования этого же полка.

В 1940-1941 Коновалов продолжает проходить службу на Дальнем Востоке уже в управлении ВВС фронта: инспектором по подготовке истребительной авации (с октября 1940) и инспектором по технике пилотирования (с февраля 1941), с октября 1941 там же исполняет должность старшего летчика отдела эксплуатации.

В декабре 1941 года майор С.Ф.Коновалов отправляется в Действующую армию, где вступает в должность командира 46-й авиадивизии вместо трагически погибшего (провалился ночью в автомашине под лед р.Волга) полковника А.А.Бурдина. После расформирования дивизии Коновалов в марте 1942 года становится заместителем командующего ВВС 30-й армии, затем (с июня) заместитель командира 210-й истребительной авиадивизии. 20 июля 1942 года майор Коновалов назначается командиром 288-й истребительной авиадивизии (в августе 1942 года, находясь в этой же должности, получает звание подполковника, в ноябре - полковника).

В феврале 1943 года 288-я истребительная авиадивизия входила в состав 1-го смешанного авиакорпуса 17-й воздушной армии и достойно воевала на Юго-Западном направлении. Однако 18 февраля 1943 года ее командира не стало: как стыдливо указано в биографическом справочнике "Комдивы", полковник С.Ф.Коновалов погиб при выполнении боевого задания.
Детали этого боевого задания мы можем узнать из пространного донесения заместителя командира по политчасти 950-го штурмового авиаполка (входившего в состав 267-й штурмовой авиадивизии того же корпуса) майора Пономарева.

Доношу, что 14.2 я ездил в г.Каменск, откуда привез бумаги, мотоцикл типа БМВ и спирту литров 30-35. Основная цель моей поездки в Каменск была - достать бумаги и мотоцикл.
Прибыл в Каменск около 8.00 14.2, в Каменске мне сказал какой-то гражданин (фамилию которого я не знаю), что на ремзаводе находится большое количество легковых автомашин и мотоциклов. Прибыл на ремзавод, там я действительно нашел большое количество бумаги, один мотоцикл и впоследствии был обнаружен спирт два бидона, все это погрузили на автомашину и поехал домой <
на 14 февраля 1943 г. 950-й шап дислоцировался на аэродроме Глубокий, там же дислоцировалось управление 288-й иад>. Прибыл домой около 14 ч. 14.2.43 г.

fedotov.jpgСо мной в Каменск ездили замкомандира по политчасти 3-й эскадрильи ст.л-т Воронин и сержант Бондарев. С прибытием в Глубокий не заезжая домой я заехал в санчасть 421-го бао и дал два стакана спирту для снятия анализа. Прибыл домой и доложил командиру полка капитану Федотову <
на фото слева> о результатах своей поездки, последний приказал спирт поставить в строевой отдел 950-го шап, никому его не давать и поставить к нему часового, что было и сделано.

Около 16 ч. 14.2 на КП 950-го шап прибыл старший врач 421-го бао врач 3-го рага Робенович и заявил, что спирт проверен и что он для употребления не годится, так как этот сприт древесный с примесью эфира.
Вечером 14.2 мной было доложено по телефону зам.командира по политчасти 288-й иад подполковнику Корнилову, о том, что мной из Каменска привезена бумага, мотоцикл и спирт и что последний в употребление не годен, так как он древесный с примесью эфира, Корнилов мне задал вопрос, а что вы с ним думаете делать, я ответил, что я думаю отдать его в мастерские для обработки,а мастерские за это мне отремонтируют мотоцикл, Корнилов ответил что это правильно.

15.2.43 г. утром полковник Коновалов звонит мне по телефону и спрашивает меня, что ты спирту привез и скрываешь от начальства, я ему ответил, что спирт признан врачом 421-го бао негодным и употреблять его запретил. Полковник Коновалов отдал приказание, что ты спирт привези ко мне, я вызову врача дивизии Раскина и он его проверит. Примерно около 13 ч. 15.2.43 г. ко мне на легковой машине приехал на КП адъютант Коновалов ст.л-т Косторный и говорит, что полковник Коновалов прислал меня за спиртом, я отдал ему спирта около 20 литров и предупредил его, что спирт для употребления опасен и что бы предупредить об этом Коновалова я поехал к последнему сам. Прибыл на квартиру Коновалова, последний был дома и на квартире Коновалова в это время находился его зам. по политчасти подполковник Корнилов. Корнилов мне задал вопрос "Ты сам его пил?", я ответил что я его не пил и никому его не давал и тут же предупредил, что врачом 421-го бао этот спирт к употреблению запрещен, так как он признал его древесным с примесью эфира и что врач 421-го бао берет его для медицинских нужд. Коновалов говорит, что они, видимо, хотят его сами употребить, а адъютант Коновалова говорит, что я полстакана выпил и хорошо себя чувствую.

Полковник Коновалов налил этого спирта 0.5 стакана, понюхал его на запах, а потом попробовал его зажигать. Последний горел хорошо, адъютант Коновалова ст.л-т Косторный говорит, что его можно очистить, смешав его с красной глиной, глина все ненужное впитает в себя, так заявил Косторный и спирт отстоится и подымется наверх, будет чистый. Тогда полковник Коновалов говорит, что этим делом заниматься мы не будем, и отдал приказание своему адъютанту ст.лейтенанту Косторному вылить спирт на улицу. Последний взял бидон и вышел во двор. Я посидел на квартире Коновалова после этого 10-15 минут и направился уходить домой, выйдя из квартиры Коновалова во двор, во дворе стоял адъютант и шофер Коновалова, я подошел к адъютанту и сказал ему, что спирт пить опасно, последний мне сказал, что он его вылил, и что он уже жалеет, что это сделал, и подвел меня к месту, где был вылит спирт, действительно я увидел на снегу большое мокрое пятно, адъютант попробовал это пятно зажечь спичкой, но оно не горело, я ему сказал, что спирт видимо смешался со снегом. Бидон в котором привезли спирт был пустой и я его отдал шоферу Коновалова для бензина.

Я сел на машину Коновалоа и шофер меня отвез на квартиру командира 950-го шап капитана Федотова, прибыл к Федотову, я ему сказал, что дал спирту Коновалову и что последний приказал адъютанту ст.л-ту Косторному спирт вылить, Федотов ответил что Коновалов хорошо сделал.

17.2 до меня дошли слухи, что в Глубоком в танковом корпусе от какого-то спирта умер танкист и один подполковник, я рассказал об этом Федотову, тогда капитан Федотов приказал начальнику строевого отдела 950-го шап интенданту 3 ранга Балацкому вылить оставшийся спирт в полку на улицу, что и было сделано.

18.2 меня вызвали в политотдел 288-й иад, я прибыл, где мне сказал капитан Борисов, что полковник Коновалов умер от какого-то спирта, я зашел на квартиру Коновалова с капитаном Федотовым, там присутствовал врач 288-й иад военврач 2-го ранга Раскин, который сказал, что он тоже пил вместе с Коноваловым этот спирт, и что он себя чувствует хорошо, и тут же заявил, что Коновалов, видимо, умер потому, что много пил, но мало закусывал.
Какой они пили спирт, мой или какой-либо другой, я не знаю, но знаю одно, что Коновалов отдавал приказание своему адъютанту привезенный мною спирт вылить на улицу, было выполнено приказание или нет я тоже не знаю, я только видел мокрое пятно на снегу, которое показал мне адъютант Коновалова.


Помимо самого Коновалова, тем вечером 17 февраля тяжело отравились и пившие вместе с ним командир 659-го истребительного авиаполка майор Г.А.Караулов (полк входил в состав 288-й иад и также дислоцировался на аэродроме Глубокий), адъютант командира дивизии ст.лейтенант Косторной, начальник Особого Отдела дивизии капитан Госбезопасности Килимный и шофер заместителя командира дивизии по политчасти мл.сержант Терехов. Все они с тяжелыми повреждениями зрения (потеря до 80%) были эвакуированы в Москву на лечение. Прочие участники застолья (военврач Раскин и другие) либо выздоровели, либо не испытывали симптомов отравления вообще.

Тут не так уж и важно, на самом деле, пили ли Коновалов сотоварищи 17 февраля тот самый спирт, привезенный Пономаревым тремя днями ранее из Каменска, или какой-то другой. Проблема в самой атмосфере - когда командир дивизиии подозревает врача в умышленном обмане (выдаче питьевого спирта за древесный), а ранее самого Пономарева - в сокрытии спирта, когда военврач дивизии утверждает, что погибший умер от того, что не закусывал, а адъютант командира дивизии - что древесный спирт можно очистить "красной глиной". Кто-то рано или поздно должен был там отравиться и погибнуть - и этим кем-то оказался сам Коновалов.

Вообще, об отравлениях спиртом в войну написано и процитировано очень много - от воспоминаний и фронтовых баек до приказов и сводок чрезвычайных происшествий. Травились и по одиночке и десятками человек, травились метиловым спиртом, ацетоном, дихлораэтоном и денатуратами. Разумеется, это не является особенностью отечественных вооруженных сил, не есть что-то, свойственное лишь нашей родной Красной Армии: на эти грабли наступать случалось солдатам всех армий. (Разумеется, можно было бы обсуждать и сравнивать для разных армий абсолютное количество и частоту таких случаев, число умерших и пострадавших, эффективность профилактики подобных происшествий и т.п. - но это уже будет тот уровень дискуссии и владения материалом, который в интернетах не встретить).

В подтверждение этого достаточно привести случай, найденный в свое время ув. zhur_from_rkka в документах 4-й танковой дивизии Вермахта за ноябрь 1941 года, когда трофейным спиртом в тяжелой форме отравились 95 немецких солдат, 10  человек умерли. Кроме того, умер и 31 человек из числа местного населения:

Collapse )

Но, возвращаясь к Коновалову, я так думаю, именно ему принадлежит сомнительное первенство быть самым крупным по должности советским офицером, который в войну погиб от отравления спиртом (поправьте, если ошибаюсь).
Очень жаль, что старший офицер и опытный летчик погиб так бессмысленно и нелепо. На момент гибели ему исполнился 31 год.

UPD Благодаря ув. Наилю Махмутову можно дополнить сказанное:
Коновалов - один из самых высоких по должности умерших от отравления спиртом командиров. Как минимум, еще одним является командир 126-й сд полковник Романов Вениамин Семенович. Причем, как и в случае с Коноваловым, вместе с Романовым, по-видимому, также пил, отравился и умер один из командиров полков дивизии - командир 366-го сп майор Моргунов Яков Игнатьевич.