ioncore (ioncore) wrote,
ioncore
ioncore

Category:

152-й отдельный танковый батальон ОСТ в "освободительном походе", часть II

Продолжение истории 152-го отб в "освободительном походе", начало см. тут.


Группа "Владимир" генерала Савицкого

Еще 8-9 сентября инспектор частей ополчения (народной обороны) Польши, бригадный генерал К.Савицкий получил приказ организовать на 100 км участке Влодава - Владимир-Волынский - Сокаль вдоль р.Западный Буг заградительную завесу, силами которой требовалось останавливать польские подразделения и военнослужащих, отступающие с запада, организовывать из них маршевые роты и направлять обратно на фронт.

Такие же задачи ранее уже получили и начали выполнять к западу от р.Буг командующие Люблинским и Брестским военными округами, задачей Савицкого было лишь их усиление и организация дополнительной завесы именно по рубежу реки.

Савицкий разместил свой небольшой штаб во Владимир-Волынском, подчинив себе гарнизоны Владимир-Волынского и Грубешува, а также подразделения Волынской бригады местной обороны, обеспечивавшие правопорядок в приграничных с СССР районах.

На момент прибытия во Владимир-Волынский в городе не имелось ни одной боеготовой пехотной роты или батареи артиллерии, а подчиненные ему силы представляли из себя следующее.

  • Запасный центр (депо) 27-й пехотной дивизии (командир центра п/п-к Й.Гавлик) во Владимир-Волынском - около 5 000 человек резервистов, обмундированных и вооруженных на 20-25%, при полном отстуствии средств связи, орудий ПТО, инженерного имущества и т.п. Рядовой состав на 75% составляли местные украинцы,которые, по признанию самого Савицкого в значительной степени находились под влиянием как антипольской проукраинской пропаганды, так и пропаганды коммунистической. При значительном некомплекте офицеров и подофицеров (многие из них, занаряженные по мобилизации из западных воеводств Польши, в центр так и не прибыли ввиду быстрого продвижения немцев), те, что имелись, были часто неудовлетворительно подготовлены. Полевые занятия были запрещены после того, как одна из рот понесла большие потери от атаки немецкой авиации, и большую часть времени резервисты находились в казармах. В результате всего перечисленного моральное состояние и дисциплина - весьма низкие.

  • Волынская школа подхорунжих артиллерии (командир п-к Л.Ясиньский)) и запасный центр зенитной артиллерии во Владимир-Волынском - суммарно около 1 500 - 2 000 человек, обмундированных вполне удовлетворительно, располагавших двумя 150мм гаубицами (учебно-боевыми) и еще 35 75мм орудиями на складах. Стрелкового вооружения недостаточно, но в процентном отношении больше, чем у пехоты. Почти полное отсутствие лошадей и упряжи (затем, впрочем, частично компенсированное за счет реквизиций у местного населения). Полное отсутствие снарядов для артиллерии, за исключением небольшого количества учебных выстрелов. Офицерские кадры немногочисленные, но хорошо подготовленные. Моральное состояние и дисциплина - высокие.

  • Волынская бригада ополчения в составе двух батальонов. Вооружена старыми однозарядными ружьями. Подразделения бригады несли охранную службу на территории всего Волынского воеводства, ввиду чего никакой реальной боевой силы не представляли.

  • Запасный центр кавалерии в Грубешове - крайне незначительное количество кадрового и приписного личного состава. К 14 сентября сформировал лишь один эскадрон кавалерии, к началу советского наступления в процессе подготовки находился еще один эскадрон.

Как сам генерал, так и подчиненные ему офицеры, которых прислало польское министерство военных дел, развернули бурную деятельность, пытаясь довооружить и минимально обеспечить гарнизон города.

Так, при помощи грузовиков, предоставленных пограничной ротой в Мосты-Вельке, удалось вывезти около 120 станковых пулеметов из Демблинских арсеналов.
Боеприпасы к пулеметам, равно как и около 1500 штук снарядов калибром 75мм и 200 штук 150мм были получены железной дорогой из Брестских арсеналов.
Тяжелее всего было с винтовками - но все же около 2000 штук удалось получить неприкасаемого запаса верховного главнокомандования в Замосьцких арсеналах при угрозе захвата их немцами.
Реквизированные у местного населения лошади были в плохом состоянии и малопригодны для использования в упряжи; опытный артиллерист п-к Ясиньский достаточно скептически оценивал возможности этой импровизированной конной тяги.

И все же, менее, чем за неделю, к 15 сентября удалось организовать двенадцать пехотных батальонов, хотя и слабовооруженных и плохообученных, по 400 человек каждый.
План организации артиллерии предусматривал размещение (из имевшихся 75мм орудий) 12 стационарных - ввиду отсутствия лошадей - орудий ПТО в окрестностях Устилуга и Владимир-Волынского, а также создание 3-4 батарей на конной тяге. Фактически же к 15-16 сентября удалось установить все 12 стационарных орудий ПТО и подготовить полторы батареи на конной тяге.
Велись и активные инженерные работы - устраивались баррикады и завалы, были отрыты противотанковые рвы, подготавливались к обороне дома и т.п.
Главнейшей проболемой оставалось полное отсутствие средств связи, гражданская же телефонная и телеграфная связь практически никогда не работала из-за постоянных немецких авианалетов.

К 15 сентября группа "Владимир" была организована следующим образом:

  • участок "Устилуг" - четыре батальона и пять орудий ПТО, командир п-к Й.Зависляк;

  • участок "Лесной комплекс" (между Устилугом и Владимир-Волынским) - два батальона и конная полубатарея, командир п/п-к Турычин;

  • участок "Владимир-Волынский" - два-три батальона, семь орудий ПТО, командир п/п-к Й.Кутыба;

  • резерв (казармы 27-й пд) - два-три батальона, 2 орудия 150мм без тяги, конная батарея 75мм, командир п/п-к Гавлик.

  • командир группы - генерал Савицкий, заместитель - п-к Ясиньский, НШ п/п-к Й.Зончик-Богуш.



Первый ряд: Сморавиньский, Савицкий, Гавлик
Второй ряд:
Зависляк, Ясиньский, Кутыба

15-16 сентября передовые передовые немецкие мотомехчасти пробовали с юга и юго-запада атаковать Устилуг и Владимир-Волынск, хотя и не слишком при этом усердствовали.
Частям группы Савицкого эти атаки удалось отразить, подбив в районе Устилуг два танка, и даже взять в плен несколько немецких офицеров и более десятка рядовых, а также два мотоцикла с ручными пулеметами. Офицеры, оказавшиеся по национальности австрийцами, рассказывали, что очень хорошо относятся к полякам и не хотят с ними воевать.

Так или иначе, но к концу своей кампании немцы действительно не выказывали особого желания геройствовать, тем более, на территории, которая должна была потом отойти к СССР.
Так, при попытке атаки 16 сентября Владимир-Волынского оказалось достаточно заградительного огня батареи польской артиллерии для того, чтобы танки повернули назад.

Однако, несмотря на общий благоприятный итог, в ходе боя многие польские подразделения показали весьма низкую устойчивость. Как отмечал (по сегодняшним меркам - очень неполиткорректно) сам Савицкий, результаты боев для польской стороны могли бы быть и лучше, если бы в подразделениях было бы побольше офицеров и подофицеров, и поменьше украинцев.

17 сентября в штабе группы было установлено, что немецкие подразделения начали отход на запад, за р.Западный Буг (по-видимому, с переходом Красной Армии в наступление, немцы начали выполнять свою часть соглашения).
Тем же утром было доложено, что в двух батальонах во Владимир-Волынском на построении мобилизованные украинцы высказывались в том духе, что было бы не так уж и плохо, если бы пришли советы.
Позднее днем удалось восстановить телефонную связь (поврежденную перед этим немцами), по которой было получены сообщение о переходе границы советскими войсками и приказ верховного главнокомандующего не вступать с ними в бой.

Савицкий не понимал, почему с большевиками - которых он считал такими же врагами и агрессорами, как и немцев - приказано не вступать в бой.
Поскольку связь с Луцком (где находился командующий округом генерал Сморавиньский) опять прервалась, то Савицкий решил выехать туда лично и обговорить дальнейшие планы. Он намеревался предложить в ночь на 18 сентября организовать прорыв на юг, в направлении на Томашув и далее на р.Сан, в надежде по немецким тылам прорваться к Днестру, либо на север, на Влодаву, в лесные массивы, и соединяться там с отступающими остатками главных сил армии.
Перед этим Савицкий планировал распустить по домам всех мобилизованных украинцев, представляющих из себя лишь обузу, которая, к тому же, отбирала драгоценное вооружение и боеприпасы.

В Луцке около 13-00 генерал Сморавиньский подвердил Савицкому подлинность приказа Рыдз-Смиглы не вступать в бой с советами и сообщил, что намеревается перейти из Луцка во Владимир-Волынский с его самым крупным и боеспособным гарнизоном, и взять его под свое непосредственное командование.
Относительно своих планов он сообщил Савицкому кратко и решительно, что в сложившейся ситуации и в полном соответствии с приказом главнокомандующего, он не видит более возможности продолжать вооруженное сопротивление, намеревается дождаться во Владимире наступающих советских войск и капитулировать.
Аргументацию возмущенного и взволнованного Савицкого о том, что в Варшаве и во Львове еще идут бои, и что необходимо прорываться к Днестру, Сморавиньский пресек и сообщил тому, что прибудет во Владимир через несколько часов, после чего Савицкий отбыл.

Около 22-00 17 сентября во Владимир-Волынском началось совещание старших командиров.
Генерал Сморавиньский проинформировал собравшихся о сложившейся ситуации и о приказе главнокомандующего.
Взявший слово полковник Зависляк сообщил об очень плохом моральном состоянии войск и предложил сформировать отряды из добровольцев, с ними отходить за р.Буг и вести там партизанскую войну против немцев. Всех украинцев и деморализованных поляков полковник предлагал разоружить (что было особенно актуально ввиду недостатка стрелкового вооружения) и отправить по домам. Аналогичное мнение высказали также п/п-ки Кутыба, Турычин и ряд других.

Генерал Сморавиньский прервал прения и сообщил следующее: все офицеры, разделяющие мнение о необходимости прорыва, могут набирать команды добровольцев и отходить за реку, а сам он с остальными подразделениями останется в городе
После этого совещание было окончено и командиры разъехались по своим подразделениям, чтобы успеть использовать остаток ночи для приготовления к прорыву.

Во время своего последнего разговора со Сморавиньским, состоявшегося вскоре после полуночи, генерал Савицкий доложил, что планирует прорываться либо на запад, за реку, либо на юг, к Днестру, на что Сморавиньский заметил, что прорыв на запад равносилен капитуляции, и что целесообразнее было бы идти на юг, однако он сомневается в том, что это возможно ввиду быстрого продвижения советских войск. Своего решения он, впрочем, не изменил.
В 2 часа ночи генерал Савицкий со своим начальником штаба п/п-ком Зончик-Богушем и адъютантом выехал из Владимир-Волынского в южном направлении.
Покинули город также п-к Зависляк и многие другие офицеры. Достоверно не известно, почему в городе остался п/п-к Кутыба, который на ночном совещании высказался за прорыв: возможно, он не захотел в итоге оставлять своих подчиненных, или же получил приказ остаться от генерала Сморавиньского.

На следующий день в оставшихся во Владимир-Волынском частях и подразделениях демобилизовались (часть - по приказу своих командиров подразделений, остальные - по своей инициативе) рядовые-украинцы и часть рядовых-поляков. Часть офицеров также покинула город.
В течение 18 и 19 сентября в городе и его окрестностях еще сохранялись военные патрули, однако никаких приготовлений к обороне от советских войск не велось.

Занятие Владимир-Волынского

В течение дня 19 сентября части 36-й бригады продолжали находиться в г.Луцк и на подступах к нему, разоружая польские части как в самом городе, так и на подходах к нему.
Во исполнение полученного вечером частного боевого приказа командующего Северной армейской группой о захвате к исходу дня Владимир-Волынского, 152-й отб в 19-30 выступил из занимаемого района, имея задачей ударом с юго-запада по городу уничтожить польские войска на северо-западной и западной окраинах, отрезая гарнизону города пути отхода на Устилуг.
В 19-30 бригада выступила из занимаемого района.

При подходе к городу разведка бригады была остановлена двумя польскими офицерами, предложившими экипажу бронемашины сдаться под угрозой расстрела орудиями ПТО, стоявшими на дороге (очевидно, это были офицеры и орудия артиллерийской школы); после этого, немедленно открыв огонь, советский бронеавтомобиль уничтожил расчет одного из орудий.

В 23-30 своими передовыми частями в результате короткого боя на окраинах и в центре города 36-я бригада взяла под контроль Владимир-Волынский, блокировав неразоруженную школу подхорунжих, отдельные сохранившие боеспособность пехотные подразделения и жандармерию.


Карта из ЖБД 36-й легкой танковой бригады

После напряженных переговоров (которые велись сначала в 1-30 ночи и затем снова возобновились в 8-00 утра москвского времени) и колебаний генерал Сморавиньский (в ЖБД бригады ошибочно назван "Смуравижским") принял условия комбрига Богомолова сдать город на почетных условиях в 12-00 московского времени 20 сентября.

Какими же именно же были эти почетные условия:

  • подчиненные генералу Сморавиньскому части не оказывают Красной Армии сопротивления и сдают город;

  • польский рядовой и младший командный состав должен сдать оружие и волен покинуть город в любом направлении;

  • польским офицерам разрешается оставить при себе личное оружие и покинуть город в одном из трех направлений - на Львов, на Вильно и на Варшаву;

  • все вооружение и имущество гарнизона должно было быть оставлено Красной армии нетронутым.

Поучительно теперь будет рассказать, как именно эти условия были выполнены.
Та группа польских офицеров, которая выбрала направление выхода из города на Варшаву (а таких оказалось большинство) сложила оружие в 12-00 по московскому времени и на самом деле беспрепятственно смогла покинуть город - советская сторона действительно была намерена честно выполнять эту свою часть соглашения.
Однако, как вскоре выяснилось, честность выполнения соглашения трактовалась красными командирами довольно своеобразно: она, с их точки зрения, имела очень четкие границы на местности, по выходу за которые прекращала свое действие.

Сразу по выходу на окраину города офицеры были снова окружены красноармейцами, разоружены и взяты в плен, после чего уже отправились в лагерь военнопленных в Луцке; что произошло с офицерами "львовской" и "вильнянской" групп достоверно не известно, однако вряд ли у них что-то принципиально отличалось от судьбы "варшавской" группы.
Что касается рядового и младшего командного состава, то, очевидно, все или большая часть сдавших оружие и "вольно покинувших в город в любом направлении" также оказались впоследствии пленены и учтены в числе тех 12 000 человек, что были потом заявлены разоруженными и пленными бригадой в окрестностях Владимир-Волынского.

Дальнейшая судьба пленных Красной Армией генерала Сморавиньского, п-ка Ясиньского, п/п-ков Гавлика и Кутыбы печальна - все четверо, как и множество других взятых в плен при выходе из Владимир-Волынского и в его окрестностях офицеров, были через год расстреляны НКВД в Катынском лесу.

В последующие несколько дней бригада оставалась в районе Владимир-Волынского, разоружая гарнизон города и разрозненные польские подразделения, прибывающие в город и находившиеся в его окрестностях.
Всего во Владимир-Волынском и в его окрестностях с 19 по 22 сентября бригадой было разоружено и взято в плен 12 000 солдат, 1500 офицеров, 150 орудий, 800 станковых пулеметов, 2000 револьверов и 20 000 винтовок, 2 эшелона боеприпасов, 2000 лошадей и много военного имущества.


Фрагмент ЖБД 8-го стрелкового корпуса

Так, например, 22-23 силами всего лишь одного танка и двух бронемашин были разоружены три эшелона пехоты с артиллерией, захвачен эшелон с боеприпасами и военно-инженерный эшелон, прибывшие в город со стороны Сокаль.
Одновременно бригада приводила в порядок матчасть и пополняла запасы продовольствия, ГСМ и боеприпасов.


Наступление на Хелм - Люблин

24 сентября в 11-30 бригада выступила из занимаемого района в направлении Устилуг, имея задачей пересечь р.Западный Буг и далее наступать, заняв к исходу дня район Степанковице, Янки, Кобло.
Мост через р.Буг оказался взорван польскими войсками, поэтому силами саперной роты бригады и местного населения была наведена временная переправа.

25 сентября в 6-00, во исполнение нового приказа командующего Армейской группой, направляющего бригаду на гг. Хелм и Красностав, 152-й отб выступил из занимаемого района в направлении на Куковка.
В районе Вулька-Красинская батальон атаковал колонну польских войск в 2800 человек и после короткого боя разоружил ее.
В 16-00 батальон выступил из занимаемого района в направлении на Хелм, имея задачей нанести удар по городу с запада, к 17-30 западная окраина города была занята.
После короткого боя на окраинах, к исходу дня город был взят, в дальнейшем бригада занималась разоружением польских подразделений и приведением себя в порядок; в этот период к бригаде присоединился также четвертый танковый батальон.
Всего за 25-26 сентября частями бригады разоружено до 8000 человек и захвачено 7000 винтовок, 1250 револьверов, 40 пулеметов, 10 орудий, 11 мотоциклов, 14 автомашин, 2 эшелона с имуществом, 1500 лошадей и 40 повозок.

27 сентября бригада перешла в подчинение командира 15-го стрелкового корпуса (командир корпуса комдив В.Репин), составив корпусную подвижную группу совместно с батальоном 45-й сд, посаженным на машины, батальоном 87-й сд, посаженным на танки, и дивизионом ПТО 45-й сд, имея задачей наступать на г.Люблин и захватить его к исходу дня 28 сентября.

В 7-00 28 сентября 152-й батальон со стрелковой ротой 87-й сд, посаженной на танки и батареей ПТО выступил  на ф.Колень, ст.Свидник, Вулька с задачей выйти к 16-00 в район 1 км севернее Люблин и совместно с другими частями бригады уничтожать Люблинскую группировку поляков, не дав ей возможности отходить в северном и северо-западном направлении.
Впереди батальонов действовали органы разведки, имеющие в своем составе делегатов для переговоров с германскими войсками.

К 12-00 части бригады вышли в район Пяски, после чего был установлена связь с немецкими войсками, уже занявшими Люблин, после чего бригада была приказом командующего 5-й армией остановлена на рубеже Быстржеевица, Вержховиска.
До 4 октября бригада находилась в занимаемом районе, приводя себя в порядок и разоружая мелкие польские подразделения, там ее и застал конец "освободительного похода".

По окончанию польской операции 36-я лтбр разместилась в г.Ровно, деля казарменный фонд с 14-й кавдивизией и другими подразделениями округа.

Итоги кампании

Анализируя ход "освободительного похода", штабом бригады было выдвинуто можество предложений и сделан ряд замечаний.
Что касается телетанков, то по итогам кампании штаб бригады особо отмечал частый выход из строя танков ТТ ввиду отсутствия воздухоочистителей (однако, что тут имеется в виду, мне не совсем ясно: то ли не было запасных частей к воздухоочистителям того типа, что использовался конкретно на танках ТТ, то ли воздухоочистители не были предусмотрены на этих танках конструктивно).

Среди прочих выводов по сентябрьской кампании штабом 36-й бригады отмечались низкая дисциплина польских войск, которые не хотели оказывать сопротивления Красной Армии, да и в целом плохое их состояние: многие взятые в плен (например, около 6000 человек, взятых в районе Верба) даже не имели обмундирования.

Без сомнения, приказ Рыдз-Смиглы и последовавший за ним развал общего руководства польскими войсками и деморализация комсостава в Восточных Кресах сыграли во всем этом решающую роль.
Но и помимо этого, разумеется, оказывал свое влияние на волю польских солдат к сопротивлению и общий фон в виде безнадежного положения Польши и ее вооруженных сил на тот момент.
Наконец, в части настроений местного населения нельзя забывать и национал-ориентированную политику 2-й Речи Посполитой в отношении украинского и белорусского населения Кресов (осадники, языковая ассимиляция и т.п.).

И вот тут на фоне судеб расстреляных в Катыни генерала Сморавиньского, подполковников Гавлика, Кутыбы и всех прочих, взятых в плен Красной Армией, не лишним будет рассказать, что произошло с Савицким и прочими, кому все же удалось прорваться к венгерской границе.

Савицкий успел прорваться к госгранице и был интернирован в Венгрии. В 1941 бежал в Польшу, с 1941 по 1943 - комендант Львовского округа Армии Крайовой (АК), в 1943-1944 участвовал в Варшавском восстании, в ходе которого был схвачен немцами и помещен ими в концлагерь, но, что характерно, не был расстрелян и дожил до освобождения.
В итоге, несмотря на бурную военную биографию, Савицкий пережил войну и умер в возрасте 83 лет в эмиграции в Лондоне.
Удалось прорваться к границе и также пережить войну, несмотря на активную деятельность в АК и попадание в итоге в немецкий концлагерь, и полковнику Зависляку, умершему в возрасте 71 года в США.
Аналогично пережил войну и интернировавшийся с Савицким в Венгрии п/п-к Зончик-Богуш, умерший в 1998 году в Канаде в возрасте аж 101 года.

Какие же можно сделать выводы из всего этого?

С одной стороны, если рассматривать приказ маршала Рыдз-Смиглы изолированно, в контексте исключительно сентября 1939 г., то он, продиктованный желанием избежать ненужных потерь в условиях полного и безоговорочного превосходства Красной Армии, безусловно, имел смысл.

С другой стороны, рассматривая эти же события в чуть более широких временных рамках, нельзя не признать, что, даже если бы его и не было, то "освободительный поход" в итоге завершился бы ровно с теми же географическими результатами, что и в реальности, разве что занял бы больше времени и стоил бы обеим сторонам больше крови. Ведь, в конечном итоге, даже советско-финская война завершилась в итоге полной победой Красной Армии.

Однако, с третьей стороны, польская армия была во многом дезориентирована и демотивирована этим приказом и без него продвижение Красной Армии было бы более медленным, а, следовательно, и позволило бы выиграть больше времени на отход польских подразделений на юг.
Ну и, в целом, в этом случае польские военнослужащие более ориентировались бы на активные действия и прорыв к венгерской и румынской границам, нежели на заключение почетных капитуляций в духе владимир-волынской.
Всё это, вместе взятое, вероятно, позволило бы большему количеству (чем в реальности) польских офицеров в итоге избежать советского плена и гибели.

На мой вгляд, этот суровый урок, преподанный части польского офицерства, справедлив для любой страны и по сей день, и останется таковым в будущем.


Следующая часть рассказа про 152-й отб будет завершающей и посвящена периоду его истории в 1940 - 1941 гг.

Tags: 1938, 1939, 1940, 1941, Польша, архивное
Subscribe

Posts from This Journal “архивное” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments